Так называемая личная жизнь

Симонов Константин

Симонов Константин Михайлович

Так именуемая личная жизнь

{1} Так обозначены ссылки на примечания. Примечания после текста.

Из вступления: В томе помещен роман в 3-х повестях "Так именуемая личная жизнь", содержание которого обусловил сам создатель - "о жизни военного корреспондента и о людях войны, увиденных его очами"

Содержание

Четыре шага

20 дней без войны

Мы не увидимся Так называемая личная жизнь с тобой...

Четыре шага

Корреспондент "Красноватой звезды", интендант второго ранга Лопатин, посиживал в приемной члена Военного совета Крымской армии, ожидал адъютанта и смотрел в окно.

Шел 4-ый месяц войны. Симферополь жил полувоенной-полумирной жизнью конца сентября 1941 года. Под окнами штаба из запыленных "эмок", обтирая платками темные от пыли лица, вылезали обвешанные орудием Так называемая личная жизнь командиры, только-только прибывшие с Перекопа и Чонгара. На другой стороне, у ларька с голубой вывеской "Мороженое", толпились в очереди пестро, по летнему одетые дамы. Стояла сухая осенняя крымская жара.

Лопатин только вчера вечерком возвратился из двадцатидневного плавания на подводной лодке, застал на узле связи пачку раздраженных Так называемая личная жизнь телеграмм редактора и, до утра просидев за машинкой, по телефону, кружным методом, через Керчь и Ростов на дону, продиктовал статью редакционной стенографистке.

Пока Лопатин был к плавании, положение на юге усугубилось, и, хотя в утреннем сообщении Информбюро стояла та же самая фраза, что он читал 20 дней вспять, - "наши войска вели бон Так называемая личная жизнь с противником на всем фронте", - сидевшие в Симферополе газетчики поведали, что за этот период времени немцы переправились через Днепр у Каховки и, выйдя к Мариуполю, отрезали Крым.

Днем, по телефону Лопатин не застал редактора и сейчас колебался лететь ли в Москву, как было условлено ранее, либо в связи с новейшей Так называемая личная жизнь обстановкой оставаться в Крыму.

Желание решить свое наиблежайшее будущее и привело Лопатина к члену Военного совета армии дивизионному комиссару Пантелееву. Было надо посоветоваться с ним и попробовать дозвониться по ВЧ до редактора.

Дверь кабинета отворилась, из нее выбежал с папкой бумаг совершенно молодый младший политрук. У него было розовое Так называемая личная жизнь, чистенькое лицо, еще сохранившее ту ухмылку, с которой он выслушал последнюю шуточку начальства. Положив нанку на стол, он скользнул очами по пыльным, с широкими голенищами, солдатским сапогам интенданта второго ранга и вопросительно уставился на него.

- Вы адъютант члена Военного совета? - спросил Лопатин, поднимаясь со стула, хотя и был старше Так называемая личная жизнь по званию.

- Да.

- Доложите, пожалуйста, обо мне дивизионному комиссару.

Лопатин именовал газету и свою фамилию.

Минутку спустя он уже заходил в кабинет мимо посторонившегося адъютанта. За письменным столом, сзади которого, у стенки, стояла заправленная солдатским одеялом копка, посиживал дивизионный комиссар Пантелеев, бритоголовый, краснолицый человек с очень темными Так называемая личная жизнь бровями. Лопатину самому не привелось встречаться с ним на финской войне, но от собственных товарищей, служивших во фронтовой газете на Карельском перешейке, он слышал много рассказов о Пантелееве как о человеке восхитительной храбрости.

Здороваясь, Пантелеев привстал. Он был невысок ростом и плотен. На нем была картонная гимнастерка с 2-мя орденами Так называемая личная жизнь Красноватого Знамени и голубые суконные бриджи. На толстые, недлинные ноги были натянуты только-только начищенные, резко пахнувшие ваксой сапоги.

Он слушал Лопатина, смотря прямо на него своими темными очами, и потирал бритую голову то в одном месте, то в другом, как будто проверяя, отлично ли побрил его парикмахер.

Узнав, что Так называемая личная жизнь Лопатин желает созвониться с редактором, Пантелеев остановил его движением руки, снял трубку ВЧ и отдал приказ, чтоб его соединили с Москвой.

- Положение у нас в Крыму такое, - произнес он, до конца дослушав Лопатина, - войска стоят на позициях, оборона готова, немцы подошли вплотную, но когда начнут - тяжело сказать Так называемая личная жизнь. Крыма им, пока живые, не отдадим, - означает, придется драться. - Пантелеев произнес это безо всякой аффектации и улыбнулся.

У него за спиной затрещал телефон, и он, стремительно повернувшись, снял трубку. Судя по восклицаниям Пантелеева, Лопатин сообразил, что они с редактором на недлинной ноге.

- А ты оставь его у меня Так называемая личная жизнь насовсем, чего ему ездить взад-вперед, гласил в трубку Пантелеев. - Почему жирно, ничего не жирно, у тебя их много, а мы начинающие, только еще вести войну начинаем. Берите трубку, - произнес он Лопатину и опять улыбнулся.

Через сухое многоголосное жужжание ВЧ Лопатин услышал знакомый кашляющий глас редактора.

- Оставайся пока у Пантелеева, - произнес Так называемая личная жизнь редактор. - Только когда будешь ездить с ним - смотри! А то я его знаю - и сам угробится, и тебя угробит. Редактор хохотнул в телефон, и его дальний столичный смешок оборвался кое-где в центре.

- Означает, остаетесь, - произнес Пантелеев и стремительно и пристально, уже как собственность, осмотрел своими темными очами Лопатина Так называемая личная жизнь.

Перед ним на стуле посиживал худощавый жилистый человек в круглых железных очках. Лицо у него было узенькое и худенькое, а глаза за очками твердые и холодноватые. Этот человек показался Пантелееву кое-чем схожим на знакомого ему по финской войне писателя Павленко, но книжек Лопатина он не читал, хотя в документах Так называемая личная жизнь интенданта второго ранга тоже значилось: писатель.

- А вы не больны? - спросил Пантелеев, вглядываясь в бледное после долгого подводного плавания лицо Лопатина.

- Нет, не болен.

- А жилище у вас есть?

- Есть кровать в гостинице.

- Будьте тут завтра в 6 утра, - произнес Пантелеев, вставая и с пяток на носки Так называемая личная жизнь покачиваясь на маленьких толстых ногах. - Поедем на Перекоп. И пожал Лопатину руку.

Возвратившись в гостиницу, Лопатин лег в кровать, так и не поев в сей день. Он рассчитывал перекусить припасами, оставленными в вещевом мешке перед уходом в плавание, по мешок был пуст, даже от сухарей остались одни крошки. Редакционный шофер Так называемая личная жизнь Мартьянов, с которым Лопатину и ранее не удавалось поставить себя в положение начальника, за три недели его отсутствия, разумеется, совершенно отбился от рук. Ни в гостинице, ни около нее не было ни Мартьянова, ни машины, он даже не посчитал необходимым бросить хотя бы записку. Усмехнувшись над своей, начинавшей Так называемая личная жизнь ему надоедать безрукостью, Лопатин скинул сапоги, не раздеваясь повалился на кровать и уснул мертвым сном.

В 5 утра, когда Лопатин пробудился, ни шофера, ни машины все еще не было. Оставалось надежды, что у Пантелеева найдется избыточное место.

У подъезда штаба стояла "эмка". Розовый младший политрук держал в руках маленький чемоданчик, - "наверняка Так называемая личная жизнь, с пищей" - завистно пошевелил мозгами Лопатин, бранил немолодого шофера в плохо пригнанном новеньком обмундировании.

- Так ведь, товарищ Беликов, - оправдываясь, гласил шофер, прикручивая проволокой бачок с запасным бензином к заднему буферу машины, - вы же поймите...

- Во-1-х, обращайтесь по званию, - строго оборвал его розовый младший политрук и, лицезрев Лопатина Так называемая личная жизнь, подчеркнуто официально козырнул ему. А во-2-х, я все помню: велено было вам взять три банки, а вы взяли две.

- Так ведь для рессор будет тяжело, - не отрываясь от собственного занятия, дружелюбно ворчал шофер. - Ведь дорога-то какая...7

- Я не слышу, что вы там гласите. Встаньте, когда гласите с командиром.

Шофер Так называемая личная жизнь, прикручивавший бачок сидя на корточках, встал, неудобно опустив руки по швам. По его лицу было видно, что он обижен, с наслаждением послал бы адъютанта к чертовой мамы, но не решается.

В эту минутку из подъезда вышел Пантелеев.

- Как у вас, все готово? - обратился он к шоферу.

- Все в порядке, товарищ Так называемая личная жизнь Пантелеев, - забавно произнес шофер, торопливо вытирая руки тряпьем.

Младший политрук поглядел на него уничтожающим взором, - он даже к дивизионному комиссару умудрялся обратиться не по званию. Но сделать замечание в присутствии начальника адъютант не посмел и только, зло поджав губки, взглянул в спину шофера: дескать, погоди, настанет время, я с Так называемая личная жизнь тобой поговорю!

- Раз все в порядке, означает, едем, - произнес Пантелеев и, пожав руку Лопатину, сел впереди.

Лопатин и политрук сели сзади. Шофер захлопнул дверцу, и машина тронулась.

Пантелеев снял фуражку, и через минутку его бритая голова стала беспомощно склониться то на право, то на лево. Он спал. Лопатин и Так называемая личная жизнь адъютант ехали молчком. Лопатина клонило ко сну, а младший политрук, открыв до отказа боковое стекло и высунув в него голову, неотрывно смотрел за воздухом.

Через два часа, когда машина подъехала к развилке дорог, из которых одна шла к Перекопу, а другая поворачивала на Чонгар, Пантелеев, как по Так называемая личная жизнь команде, пробудился, пошарил рукою и, надев скатившуюся на пол машины фуражку, произнес шоферу, чтоб тот сворачивал вправо, к Чонгару. Лопатин не собирался ничего спрашивать, но Пантелеев сам оборотился к нему, чтоб разъяснить, почему они движутся на Чонгар, а не к Перекопу, как собирались вчера.

Оказывается, на Перекопе как и Так называемая личная жизнь раньше была тишь, а на Чонгаре немцы вчера деньком внезапно вышли к станции Сальково лежавшей перед нашим фронтальным краем, и заняли ее. Сальково по подготовительному плану оборонять не предполагалось, но батальон, стоявший там в охранении, после неожиданной атаки германцев оказался отрезанным по ту сторону, за станцией.

- Я там Так называемая личная жизнь был вчера вечерком, - произнес Пантелеев, и Лопатин сообразил, почему он сходу, сев в машину, уснул. Разумеется, он так и не ложился спать. Пробовали в ночном бою отбить станцию и вывести батальон. Сейчас придется повторить - вчера не вышло.

И он стал говорить, почему не вышло: кругом все уже было заминировано, и Так называемая личная жизнь, чтоб прорваться к Сальково, оставалась только узенькая полоса в несколько 10-ов метров с 2-ух сторон стальной дороги. Полк был еще не воевавший, да вприбавок не так давно развернутый, укомплектованный из припаса, как, вобщем, и вся дивизия. В ночном бою все перепуталось - чуть ли не постреляли друг дружку. Пришлось тормознуть, чтоб Так называемая личная жизнь навести порядок, приготовить огнь артиллерии и сейчас с утра начать поначалу.

- Ну и командир дивизии вчера, но правде сказать... - Пантелеев оборвал себя на полуслове и, обращаясь к младшему политруку, произнес: - Спел бы, а, Велихов! Прилетят - услышим. Подними стекло - пыль!

Велихов обиженно поднял стекло - он хлопотал о безопасности дивизионного Так называемая личная жизнь комиссара, а тот произнес об этом так, как будто адъютант смотрел за воздухом из боязливости. Позже он задумался и негромко, духовным тенором затянул песню о коногоне, которого завалило в шахте. "...А юного коногона его товарищи несут..." - пел он, и его розовое юное лицо делалось с каждым куплетом песни все добрей Так называемая личная жизнь и печальней. Лопатин никогда не слышал этой песни.

- Паша, шахтерская, - произнес Пантелеев и согнутым пальцем потер глаз.

- А вы откуда, товарищ Пантелеев? - спросил непоправимый шофер, и у младшего политрука слова сделалось серьезное лицо.

- Я-то? - воспринимая это гражданское воззвание к для себя как самое естественное, переспросил Пантелеев Так называемая личная жизнь. - Из-под Елакиево. А вы?

- Ворошиловградский, - произнес шофер и затормозил. - По-моему, сейчас влево? 2-ой раз едете, нужно держать в голове! - произнес Пантелеев и, поглядел влево. - Сворачивайте.

"Эмка" подъехала к штабу дивизии. Он располагался в километре от видневшегося на пригорке маленького хутора. Всюду змеились ходы сообщения. Невзирая на здешнюю Так называемая личная жизнь бедность лесом, штабные землянки были перекрыты толстыми бревнами в три-четыре наката, чувствовалось, что с противовоздушной защитой здесь попытались на совесть.

Адъютант командира дивизии, прислушиваясь к воздуху, приметно нервничал и, покрикивая на шофера, поспешно загонял под маскировочную сетку "эмку", на которой приехали Пантелеев и Лопатин.

Командир дивизии - генерал-майор с лицом Так называемая личная жизнь, которое было тяжело уяснить, - повстречал прибывшего Пантелеева так подобострастно, что показался Лопатину меньше ростом, чем был па самом деле. Поскрипывая новыми ремнями, он всегда нагибался с высоты собственного саженного роста к Пантелееву, шлепая ему губками в самое ухо, и мягко, но напористо вытеснял Пантелеева по ходу сообщения. Он желал вести Так называемая личная жизнь предстоявший ему противный разговор понизу, в блиндаже. В конце концов Пантелеев отодвинулся от него, с недобрым энтузиазмом поглядел генерал-майору прямо в глаза и, выйдя из хода сообщения, сел на травку на открытом месте.

- Садитесь,- произнес он генерал-майору, хлопнув рукою по земле.

Генерал-майор желал Так называемая личная жизнь удержаться и не посмотреть на небо, но не удержался, все-же посмотрел и только после чего сел рядом с Пантелеевым.

- Вас что, разбомбили, что ли? - взглянув на небо, а позже на генерал-майора, спросил Пантелеев.

- Как? Почему разбомбили? - не осознав издевки, переспросил генерал.

- А я задумывался, разбомбили,- произнес Пантелеев,- больно уж Так называемая личная жизнь вас под землю тянет. Как с Сальково?

- В 10 пятнадцать, как приказано командующим, повторим атаку,ответил генерал-майор и, побоявшись, что задел самолюбие члена Военного совета, поправился: - Как приказано Военным советом армии, так и будет изготовлено.

Пантелеев поморщился.

- Приказано, приказано,- проворчал он. - Вам вчера было приказано, а вы Так называемая личная жизнь дотянули до ночи и провалили.

- Беда, товарищ член Военного совета,- разведя руками, произнес генерал. - Случается! Вы сами вчера лицезрели.

- Неудачу-то я лицезрел,- проговорил Пантелеев медлительно и вдумчиво, как будто восстанавливая перед очами зрелище вчерашней беды. - Неудачу-то я лицезрел, - повторил он, - а вот вас там, где была у вас беда, я Так называемая личная жизнь не лицезрел. Командира полка лицезрел, а вас нет.

- Совсем верно, - с преданным бесстыдством произнес генерал. - Я на другом боевом участке в это время был.

- На другом? - Пантелеев поглядел на генерала, позже на щель, в конце которой показывался вход в генеральский блиндаж, и хмыкнул.

- А сейчас,- после паузы спросил он Так называемая личная жизнь,- тоже будете во время атаки на другом участке, либо как?

- Никак нет,- произнес генерал и, завернув рукав гимнастерки, поглядел на огромные часы. - В девять 30 прибудет командующий, и двинемся вкупе на НП полка.

- Командующий? - протянул Пантелеев. То, что сюда приедет командующий, было для него неожиданностью.

- Так точно, пятнадцать Так называемая личная жизнь минут вспять звонил, предупреждал,- произнес генерал, в душе удовлетворенный тем, что с приездом командующего он не остается один на один с Пантелеевым - непрошеным очевидцем его вчерашней беды.

- Он мне с ночи не гласил - означает, передумал,- произнес Пантелеев. Слушайте, товарищ Кудинов,- он в первый раз именовал генерала по фамилии,- как у Так называемая личная жизнь вас все-же дела на Арабатской Стрелке, только не в общих чертах, а непосредственно?

- Под утро прошел слух, что туда ночкой проникли немцы.

- Вот конкретно,- перебил его Пантелеев,- об этом я и спрашиваю.

Кудинов чуток приметно пожал плечами.

- По приобретенным нами подготовительным сведениям, это не соответствует реальности, но я Так называемая личная жизнь отдал приказание, чтоб в предстоящем уточнили совсем.

- За ранее... совсем... - пробурчал еле слышно, но сурово Пантелеев,- а непосредственно - порядок там у вас либо нет?

- Порядок! - набрав полную грудь воздуха, отчеканил генерал.

- Хорошо,- произнес Пантелеев, вставая и протягивая ему руку. Дожидайтесь командующего и воюйте.

- А вы? - удивленно спросил Так называемая личная жизнь Кудинов.

- А я поеду на Арабатскую Стрелку, раз у вас там все в порядке.

Он произнес это с грубоватой драматичностью, к которой Лопатин начинал привыкать,- она означала, что Пантелеев ни на грош не верует в тот порядок, о котором ему доложил генерал.

- А может быть, позавтракаете в ожидании приезда Так называемая личная жизнь командующего - там, на хуторе, у меня все приготовлено, а, Андрей Семенович?

Кудинов доброжелательно повел рукою в сторону белевшего на бугре хуторка. Он был зол на Пантелеева, но желание загладить вчерашнее было посильнее обиды.

- Нет уж, поеду. Спасибо, - буркнул Пантелеев. - А позавтракать все ж таки нужно, - зевая и потягиваясь, произнес Так называемая личная жизнь он скоро после того, как они отъехали от кудиновского штаба. - Вы ели?

Лопатин поразмыслил, что этот вопрос относится к нему, и желал ответить, но, оказывается, Пантелеев спросил не его, а шофера.

- Чуть-чуть подзаправился, - ответил шофер.

- На чуть-чуть далековато не уедешь, - произнес Пантелеев и обратился сейчас уже к Так называемая личная жизнь Лопатину:

- А вы?

- Не успел, - произнес Лопатин.

- И мы с Велиховым тоже не завтракали, - кивнул Пантелеев на адъютанта. - Я у Кудимова отказался - страшился, что хоть и на хуторе, а все таки куда-нибудь в щель засадит. Сворачивайте к копне, вон к той, далекой... показал он шоферу.

Машина стала и теин большой Так называемая личная жизнь копны сена. Высоко над степью кружился германский лазутчик. С различных сторон по нему лениво постреливали из пулеметов и винтовок.

Велихов открыл чемоданчик, раскинул на сене салфетку, достал помидоры, огурцы, хлеб, крутые яичка и термос с чаем. Разложив все на салфетке, он подошел к шоферу и стал злым, отлично слышным шепотом Так называемая личная жизнь опять, как в Симферополе, пилить его, требуя, чтоб тот развернул машину не так, как она стоит, а как-то по-другому, чтоб она стояла на ходу и ее не было видно сверху. Во всем этом не было никакой необходимости - и тени копны машины сверху и так не было видно Так называемая личная жизнь, а в открытой степи она, как ее ни поверни, все равно стояла на ходу.

Пантелеев достал из чемоданчика пузырек с тройным одеколоном, вытер руки поначалу одеколоном, позже насухо платком и сел. Нарезая ломтями хлеб и толстыми ломкими пальцами стремительно очищал одно за другим яичка, он прислушивался к Так называемая личная жизнь разговору.

В конце концов обиженный шофер не выдержал и огрызнулся.

Лопатин смотрел на сидевшего рядом с ним Пантелеева - ему было любопытно, как тот поступит.

Пантелеев дочистил последнее яичко и сложил скорлупу в клочек газеты:

- Давайте есть.

Велихов подошел и сел, а шофер обиженно отошел в сторону, сделав вид, что предложение Так называемая личная жизнь Пантелеева к нему не относится.

- А вы, - произнес Пантелеев, - идите есть!

- Нет, спасибо, - ответил шофер. - Я не желаю есть. Но могу.

- Почему же не сможете? Со мной не желаете, что ли? - спросил Пантелеев, расстегивая воротничок и поудобнее примащиваясь на охапке сена.

- С вами я могу, а с ними не желаю Так называемая личная жизнь. - Шофер пальцем показал на адъютанта.

- Здесь я, а не он владелец, - произнес Пантелеев. - Стол-то мой, раз я кличу, давайте есть.

Шофер покосился на адъютанта, подошел и присел на корточки рядом с Лопатиным.

Завтракали минут 20. Еле видные в небе лазутчики сейчас гудели сходу в нескольких местах Так называемая личная жизнь, в небе взрывались белоснежные шарики зенитных разрывов.

- Вы на Западном фронте были? - поглядев на небо, спросил Лопатина Пантелеев.

- Был с июня до августа.

- А я до сентября. Я тут неделю всего. - Пантелеев опять поглядел на небо. - Там, на Западном, на это уже и внимания не обращают, а тут в щели лезут Так называемая личная жизнь. Дело привычки; но, пока один привыкает, другого уже убивают. Так и крутится чертово колесо... Собирай, Велихов, да поедем, - кивнул он на салфетку и оставшуюся пищу.

- Так по-вашему, что дороже на войне, - вставая, спросил Пантелеев у Лопатина (Велихов и шофер уже пошли к машине), - храбрость либо привычка?

- Привычка Так называемая личная жизнь, - не думая, ответил Лопатин. Пантелеев покачал головой.

- Что, неправда?

- Правда, но жаль, - произнес Пантелеев. - Жаль, что много храбрых людей до этой привычки не доживают. Сколько раз я на маневрах был, 10-ки раз, а на поверку вышло: война как вода, - пока не нырнешь в нее, плавать не научишься. Как там, уложились?

К Так называемая личная жизнь переправе на Арабатскую Стрелку подъехали исключительно в одиннадцатом часу. На месте переправы сберегал был отлогий, маленькая вода пролива игралась холодной осенней рябью. Вдалеке, в 7 километрах, над сероватой водой подымалась желтовато-серая полоса Арабатской Стрелки.

Рыбаки из Геническа, здоровые, гулкие парии в закатанных до колен брюках, выскакивая Так называемая личная жизнь из лодок, одну за другой подтаскивали их по мелководью ближе к берегу. На лодки грузилась стрелковая рота. Красноармейцы, так же как и рыбаки, разувались, подсучивали брюки и, держа в руках сапоги, перебирались в лодки. Мало подальше на берегу посиживала еще одна рота, ждавшая переправы.

Переправой распоряжался толстый немолодой полковник - южанин по виду Так называемая личная жизнь. Лицезрев выходящего из машины дивизионного комиссара, полковник подобрал толстый животик, сделал пару шажков навстречу, растянулся и, почему-либо Лопатин еще не сообразил почему - уже заблаговременно волнуясь, доложил, что он командир полка полковник Бабуров и что во вверенном ему полку все в порядке.

- Чем на данный момент Так называемая личная жизнь заняты? - спросил Пантелеев, пристально смотря на него.

Полковник произнес, что на данный момент он занят тем, что отравляет вот эти две роты на Арабатскую Стрелку и сам тоже переправляется туда.

- Правильно ли, что не то вечерком, не то ночкой на нашу Арабатскую Стрелку немцы пролезли? - спросит Пантелеев.

Полковник ответил, что нет Так называемая личная жизнь, что на Арабатской стрелке все укреплено, организована оборона и сведения о германцах неверны.

- А для чего же вы переправляете туда еще две роты и сами едете?

- Я пищу... - Полковник начал фразу стремительно и уверенно, но посредине сник. - Я пищу поэтому, что... поэтому, чтоб там все было обеспечено.

- Так Так называемая личная жизнь вы же гласите, что у вас там и так все обеспечено, - неумолимо продолжал Пантелеев.

- Так точно, обеспечено, но я еще желаю обеспечить...

Пантелеев недоверчиво усмехнулся и отдал приказ, чтоб ему на данный момент же дали моторку - ехать на тот сберегал сразу с переправлявшейся ротой.

- Поедем поглядим, какой там Так называемая личная жизнь у их порядок, - произнес он Лопатину, грузно перешагивая через борт моторки.

Полковник, севший в моторку совместно с ними, полунедоуменно, полузаискивающе посмотрел на Лопатина, которому член Военного совета произнес "поглядим, какой там у их порядок".

Лопатин отвел глаза. Ему стало постыдно за этого растерявшегося человека.

Пантелеев всю дорогу молчал с таким видом Так называемая личная жизнь, что ни у кого не появлялось желания с ним заговорить. Что бы вы мне сейчас здесь ни болтали, я вам не верю, - гласил его вид, - не верю и не буду терять времени ни на вопросы, ни на выслушивание ваших ответов. Сам поеду, сам посмотрю и сам для себя отвечу Так называемая личная жизнь".

Сберегал, к которому подошла моторка, оказался таким же пологим, как и тот, от которого она отчалила. Денек был горячий, сухой, вовсю палило солнце. У самой переправы грелись на солнце минометчики, а чуток подальше отдыхало еще два 10-ка не так давно переправившихся боец. Обстановка показалась Лопатину совсем мирной. Еще Так называемая личная жизнь больше мирный вид присваивали ей работавшие на переправе рыбаки. Не чувствуя себя ни у кого в руководстве, они на очах у начальства курили трубки и самокрутки и, звучно и забавно перекрикиваюсь с лодки на лодку, обсуждали, где в обед лучше будет варить уху - на том либо на этом берегу Так называемая личная жизнь.

Лопатин не сходу поверил, когда ему произнесли, что эти люди всего три денька вспять угнали свои лодки от внезапно ворвавшихся в Геническ германцев, оставив родной город, жен и деток.

- Ну, где у вас штаб батальона? - чуть успев ступить на землю, спросил Пантелеев у Бабурова. - Как будем добираться?

- На данный момент машина Так называемая личная жизнь подойдет, товарищ дивизионный комиссар. - Судя по лицу полковника, он ждал упрека за то, что дивизионный комиссар уже переправился, а машина ему еще не подана, но Пантелеев только кивнул.

Отойдя на два 10-ка шагов, Бабуров поманил к для себя пальцем какого-то младшего командира, должно быть виноватого в том, что Так называемая личная жизнь машины еще как бы нет на месте, и стал неслышно, но люто распекать его. Лопатин лицезрел, как у полковника сурово дрыгали заросшие седоватый щетиной красноватые обвислые щеки.

Пантелеев, как и раньше не выражая желания ни с кем говорить, угрюмо шагал взад и вперед по берегу. Лопатин вытащил Так называемая личная жизнь из планшета карту, чтоб сориентироваться, в какой точке Арабатской Стрелки они посадились. Отделяя Сиваш от Азовского моря, окаймленная с 2-ух сторон голубовато-синей водой, на карте лежала узенькая и нескончаемо длинноватая полоса земли. Южный конец ее за обрезом карты уходил к Керченскому полуострову; на севере голубая ниточка пролива Так называемая личная жизнь отделяла ее от занятого германцами Геническа. Всего месяц вспять Лопатин ехал в Крым конкретно через этот город, через мост, который сейчас, как молвят, взорван, через эту самую Арабатскую Стрелку, на берегу которой он на данный момент стоял.

Судя по карте, отсюда до северного конца Стрелки было км пятнадцать. "А вобщем, - помыслил он Так называемая личная жизнь, - туда, до самого конца, на данный момент навряд ли доберешься". Геническ стоял на горе, и месяц вспять Лопатин сам смотрел оттуда, сверху, на Арабатскую Стрелку, похожую с горы на очень обширное, желтовато-серое шоссе, идущее прямо через море. Немцы, которые сейчас посиживали в Геническе, наверняка, просматривали далековато Так называемая личная жизнь вглубь все, что было на Арабатской Стрелке.

"Смотри гам, у Пантелеева, а то и сам угробится, и тебя угробит, я его знаю", - вспомнил Лопатин телефонный хохоток редактора, и его передернуло при мысли о германцах, которые глядят на Арабатскую Стрелку сверху, из Геническа. Ему захотелось потянуться и выдохнуть из себя что Так называемая личная жизнь-то прохладное, противное, проползшее снутри животика. Это был один из числа тех приступом ужаса, которые Лопатин знал за собой, и, как обычно, ему показалось, что другие могут увидеть это. Он обернулся и посмотрел на Пантелеева.

Но Пантелеев как и раньше сурово прогуливался по берегу, думая о кое-чем собственном Так называемая личная жизнь.

- Эй! - услышал Лопатин совместно с отчаянным скрипом тормозов пронизывающий дамский глас. Прямо перед ним тормознула полуторка, за рулем которой посиживала белобрысая женщина в голубом выцветшем платьице и белоснежной запыленной косынке. Даже через стекло кабины было видно, какие у нее отчаянные голубые глаза и веснушки, такие большие, какие Так называемая личная жизнь бывают только у огненно-рыжих мальчиков.

- Эй, товарищ командир, - забавно кликнула женщина, спрыгивая с подножки грузовика, - через вас мотор заглох! Желала задавить, да пожалела!

Она прошла мимо Лопатина, мальчишеским жестом сдвинула на затылок косынку, ловко воткнула заводную ручку и пару раз попорядку крутнула ее. Лопатин лицезрел, как под выцветшим голубым ситцем натужились Так называемая личная жизнь ее худенькие лопатки.

Но машина не завелась.

- Давайте помогу, - произнес Лопатин, становясь рядом с ней.

- Помоложе вас есть, - полуобернулась к Лопатину женщина; лицезрев сейчас совершенно близко ее лицо, Лопатин помыслил, что и по правде в свои 40 с излишним он кажется ей старенькым человеком, и не отважился во 2-ой Так называемая личная жизнь раз предлагать помощь.

Женщина наклонилась и опять взялась за ручку.

Машина снова не завелась.

- Дай-ка я, - подпрыгнул приземистый небольшой боец.

- Поздно собрался, - отрезала женщина.

Обширно раздвинув ноги, как заправский шофер-мужчина, она пару раз, не разгибаясь, крутнула ручку - лопатки так и заходили у нес под платьицем. Машина фыркнула Так называемая личная жизнь и завелась.

- Вот и готово, - произнесла она, задохнувшись, тыльной стороной руки утомилось вытерла пот со лба и улыбнулась Лопатину.

- С тобой поедем? - спросил подошедший Пантелеев.

- Со мной, товарищ начальник. Садитесь!

- Что, у вас бойцов, что ли, нет? - покосившись на даму, спросил Пантелеев стоявшего за его спиной Сабурова.

- А я Так называемая личная жизнь - боец, - смело произнесла женщина.

- Какой ты боец?

- Обычный, совместно с машиной мобилизовали. Два денька служу. Чувствовалось, что ей нравится и слово "служу", и слово "мобилизовали", и слово "боец".

- Только обмундирования не дают, вы бы уж произнесли, товарищ начальник, не очень разбираясь в знаках различия, но безошибочно угадав в Пантелееве начальника Так называемая личная жизнь, произнесла женщина. - Одни сапоги выдали, - добавила она, кивнув на свои нагие коленки, вылезавшие из кирзовых сапог, - да винтовку. Шинель просила, и ту не дали.

- Хорошо, разберемся, - произнес Пантелеев. - А стрелять из винтовки умеешь?

- Я все умею, - забавно произнесла женщина и полезла в кабину.

Пантелеев сел рядом Так называемая личная жизнь с ней, а Велихов и Лопатин влезли в кузов, подсадив перед этим тяжело дышавшего толстого Бабурова. Машина затарахтела по кочкам.

На Арабатской Стрелке стояла тишь, не было слышно ни 1-го звука, не считая погромыхивания старенькой полуторки. Дорога была пустынной - слева мелькнуло несколько глинобитных домиков, и опять потянулась нагая кочковатая степь Так называемая личная жизнь. Справа, повдоль берега Азовского моря, белели холмы соли, и Лопатин вспомнил, что он уже лицезрел их, когда проезжал тут в конце августа: на Арабатской Стрелке были соляные промыслы.

Бабуров посиживал в углу кузова, у него был злосчастный и злой вид; сзади него гремели разболтанные борта, на ухабах он хватался Так называемая личная жизнь за их, чтоб не удариться, и болезненно морщился.

Приблизительно на шестом километре он вскочил на ноги и, неудобно пробежав по кузову, постучал в стену кабины. Машина тормознула.

- В чем дело? - высунувшись, спросил Пат елеев.

- В штаб батальона приехали!

Прямо у дороги, в скате маленького холмика, были вырыты блиндажи Так называемая личная жизнь и ходы сообщения.

Пантелеев вылез из машины и достал карту.

- Означает, здесь у вас штаб батальона? - тыча в карту пальцем, спросил он Бабурова. Лицо его побледнело, а темные глаза стали узенькими и ожесточенными.

- Так точно! - Приложив к козырьку руку, Бабуров так и от растерянности забыв опустить ее.

- А сколько у вас отсюда Так называемая личная жизнь до фронтального края? - спросил Пантелеев. - Не понимаете? Не считали? Так я вам сосчитаю... - И он, расставив циркулем пальцы, ткнул ими в карту. - Девять км от штаба батальона до вашей передовой роты - вот сколько! Где командир батальона? Вы командир батальона? обратился он к подбежавшему старшему лейтенанту.

- Я начальник штаба Так называемая личная жизнь батальона.

- А где ваш командир батальона?

- Впереди.

- Где впереди? Вызовите его к телефону.

Пантелееву ответили, что с командиром батальона нет связи.

- Как нет связи? Не протянули либо прорвана?

Бабуров и старший лейтенант, перебивая друг дружку, ответили, что связь прервана еще ночкой.

- А когда же ушел вперед командир батальона Так называемая личная жизнь?

- Вчера вечерком.

- И с того времени нет с ним связи?

- Да, другими словами нет... - все более растерянно отвечал старший лейтенант.

В конце концов выяснилось, что командир батальона еще с вечера пропал без вести, но об этом до сих нор страшились докладывать.

- Где же он пропал?

Старший лейтенант начал разъяснять Так называемая личная жизнь, что командир батальона пропал, так как он вчера вечерком пошел в передовую роту, лежавшую в окопах на берегу под самым Геническом. А в роту он пошел поэтому, что там вечерком началась непонятная стрельба, а стрельбу, как это сейчас уже ясно, открыли немцы, которые, как молвят, посадились на косе Так называемая личная жизнь. И вообщем молвят, что со всей первой ротой случилось что-то неладное.

- Кто гласит? Кто вам об этом докладывал? Покажите, где тот человек? задавал вопрос за вопросом Пантелеев.

Но кто это гласил, кто докладывал, где человек, который докладывал, никто не знал.

- Ну отлично, а что там на данный момент, вам Так называемая личная жизнь понятно?

Старшин лейтенант недоуменно пожал плечами. Командир батальона отдал приказ ему остаться тут, и вот он и остался тут и ожидает последующих приказаний. Он гласил это с видом человека, которого оставили посторожить квартиру, пока возвратятся хозяева.

Пантелеев глубоко вздохнул и поглядел на Бабурова. Он уже сообразил, что дело не просто в Так называемая личная жизнь бестолковом начальнике штаба батальона и его пропавшем командире, дело в том, что на сегодня в дивизии генерала Кудинова сверчу донизу не было порядка. Не было вчера у самого Кудинова в бою под Сальково, не было у его командира полка Бабурова, не было порядка и тут, в батальоне Так называемая личная жизнь.

- Почему, скажите мне по последней мере, - бледнея от усилия сдержаться, спросил Пантелеев у старшего лейтенанта, - почему вы избрали это место для командного пт батальона? Место в 9 километрах от фронтального края! Вы его сами выбирали?

Старший лейтенант, оглянувшись на Бабурова, ответил, что нет, они выбирали этот пункт совместно с командиром полка.

- Почему Так называемая личная жизнь конкретно этот пункт? - спросил Пантелеев, повернувшись к Бабурову.

Тот, путаясь и заикаясь, произнес, что избрал этот пункт поэтому, что отсюда все отлично видно и вообщем это самая ближняя от фронтального края горка.

- Горка... - повторил Пантелеев, и слово "горка" прозвучало в его устах как брань. - Сами вы Так называемая личная жизнь... - Он оборвал себя, спросив: - А где у вас стоит томная морская батарея?

Оказалось, что томная морская батарея стоит в 4 километрах впереди - меж ротой и командным пт батальона.

- Неплохи гуси-лебеди... Вот я поеду на данный момент вперед, - оборотился он к старшему лейтенанту, - а когда вернусь и увижу, что штаб батальона находится Так называемая личная жизнь еще тут, возьму и расстреляю вас, прямо на этой самой вашей горке!

И, больше не интересуясь старшим лейтенантом, опять оборотился к Бабурову.

- А вы, товарищ полковник, - слова "товарищ полковник" дышали ядом, будьте разлюбезны доложить мне: что у вас происходило тут вчера вечерком, сейчас ночкой и сейчас днем и почему вы Так называемая личная жизнь никому не донесли до сего времени о том, что у вас здесь происходит? Вы тут были?

Бабуров ответил, что вот он тут, он приехал сюда вкупе с товарищем дивизионным комиссаром...

- А там, в роте у себя, вы были?

Бабуров произнес, что, когда его застал на берегу товарищ дивизионный Так называемая личная жизнь комиссар, он как раз собирался туда, в роту, а не сказал он ранее поэтому, что задумывался устранить все сам, своими силами.

- Что устранить? - заорал Пантелеев. - Что устранить? Вы же там не были! Вы же не понимаете, что устранить! Вы же не понимаете, есть там немцы либо нет Так называемая личная жизнь! Живые у вас люди либо не живые? Ничего вы не понимаете...

Бабуров во время этой вспышки гнева вдруг собрал остатки самолюбия и в ответ произнес звучно, с некой даже напыщенностью, что рад есть приказ не пустить неприятеля на крымскую землю, то, чего бы это ему ни стоило, он приказ Так называемая личная жизнь выполнит и, какие бы там немцы ни были, он пойдет и убьет их!

Пантелеев молчком смерил его взором.

- Отлично, мы с вами позже побеседуем, - произнес он практически тихо, владевший им гнев больше переходил в презрение, - поедете со мной. Дайте несколько бойцов, - обратился он к старшему лейтенанту, - пусть садятся в кузов и Так называемая личная жизнь движутся со мной.

Старший лейтенант побежал распорядиться, а Пантелеев сел в кабину и захлопнул дверцу.

- Можно ехать, товарищ начальник? - спросила женщина.

- Погляди, когда люди в кузов сядут, и тогда поедем.

Женщина вылезла из кабины. Пантелеев обернулся, увидел, что ее нет, и глубоко вздохнул. Он был рад, что Так называемая личная жизнь на минутку остался один.

Эх! Если бы все происходившее на его очах в этой наскоро сформированной дивизии было только от неопытности! И не только лишь безрукость Кудинова всему виной! С неопытностью так либо по другому, а придется прощаться в боях. А командира дивизии можно отыскать порукастей. Если бы дело Так называемая личная жизнь исключительно в этом половина беды! А неудача в том, что ни Кудинову, ни этому мордастому растерянному Бабурову, ни старшему лейтенанту - начальнику штаба батальона - всем троим не хватило сейчас самого обычного штатского мужества, - а этого Пантелеев не прощал ни для себя, ни другим.

Начальник штаба, надеясь, что все как-нибудь Так называемая личная жизнь обойдется, но доложил всей правды Бабурову. Бабуров, подозревая, что ему докладывают не все, не стал докапываться, - благо это давало ему возможность на первых порах сказать в дивизию нечто неопределенное, а тем временем поправить положение, не успев получить нагоняй. Кудинов в свою очередь посчитал, что с него хватит вчерашнего разноса Так называемая личная жизнь за Сальково, и доложил в армию о событиях на Арабатской Стрелке как о кое-чем уж и совсем малозначительном: он возлагал надежды, что все обойдется, а на случай катастрофы у него оставалась ссылка, что он хотя и не вполне, но все таки кому-то что-то заблаговременно докладывал. Так одна ересь наворачивалась Так называемая личная жизнь на другую и росла как снежный ком, а кое-где за девять км отсюда погибла - всем своим чутьем военного человека Пантелеев знал, что конкретно погибла, - рота, которую, может, и удалось бы выручить, если бы сходу, со вчерашнего вечера, все делалось по другому.

Откуда, черт возьми, взялось это поветрие, которое Так называемая личная жизнь он увидел еще на финской войне? Откуда в Красноватой Армии, в Красноватой, в Рабоче-Крестьянской, в той, которой он дал всю свою жизнь и которую любит больше жизни, откуда в ней взялись эти люди, которые страшатся донести о беде больше, чем самой беды, страшатся ответственности за Так называемая личная жизнь утраты больше самих утрат! Люди, которых до конца вылечит либо до конца разоблачит только сама война!

Девушка-шофер влезла в машину и захлопнула дверцу.

- Можно ехать, товарищ дивизионный комиссар! - подойдя с другой стороны, через стекло кабины проорал Бабуров.


tablichnoe-integrirovanie-metod-podstanovki.html
tablici-dlya-finansovih-raschetov.html
tablici-dlya-vipolneniya-raschetnoj-chasti-kursovoj-raboti.html